АНЮТИНЫ ГЛАЗКИ

09.11.2012 Автор: Рубрика: Он и Она

            Есть на свете замечательные цветы – анютины глазки. О них сложено множество легенд. Одни говорят, что Зевс-громовержец вырастил их специально для своей возлюбленной Ио, которую ревнивая Гера превратила в корову. Другие рассказывают, что эти цветы выросли на могиле девушки Анюты, умершей от неразделенной любви. Третьи утверждают, что в анютины глазки боги превратили мужчин, подглядывающих за купающимися женщинами. Но есть и вот такая история, и она действительно случилась много времени тому назад…

            Девушка Анюта была хороша и знала это. У нее были золотистые волосы,  янтарные глаза, осиная талия, и когда она проходила по улице в своей широкой фиолетовой юбке с оборкой, волнующейся вокруг ног, даже старики с удовольствием смотрели ей вслед.

            Анюте нравилось кружить головы и сводить с ума, стрелять глазками направо и налево, дразнить мужчин и наслаждаться всеобщим восхищением, но она была девушкой строгих правил: кокетничала со всеми, а сердце свое отдала одному – славному парню по имени Ян. Он любил Анюту и добродушно относился ко всем ее причудам, потому что знал, что у этой девушки доброе и верное сердце, и она никогда не предаст их любовь. Дело шло к свадьбе, и оба с нетерпением ждали этого дня.

            Но вот однажды красота Анюты сослужила ей плохую службу. Как-то раз ее увидел владелец местных земель, богатый помещик, заглянул в ее шальные янтарные глаза и совершенно потерял голову. Он попытался было «подъехать» к девушке, но получил отпор. Анюта была хоть порою и легкомысленной, но гордой девушкой, и она никому бы не позволила переступить дозволенных границ. Любоваться – это пожалуйста, перекинуться шуткой – тоже можно, но дальше – ни-ни.

            Помещик не отступился и стал присылать ей подарки, но Анюта отсылала их обратно. Ей, девушке на выданье, негоже было портить свою репутацию и порочить честное имя. Поэтому она стала торопить Яна со свадьбой – к замужней женщине уже так просто не подойдешь, ведь за мужем – как за каменной стеной, а особенно за таким, как ее Ян.

            Но помещик обозлился и решил расстроить свадьбу. Тут как раз случилась война, от каждого владения нужно было послать молодых мужчин в войско, и помещик подстроил так, что в числе рекрутов оказался и Ян. А что: молодой, здоровый, семьи пока нет – чем не пушечное мясо?

            Ослушаться Ян не мог, ведь он присягал на верность господину, да и не к лицу было мужчине проявлять трусость. Не один же он отправлялся на войну, как бы он чувствовал себя перед лицом товарищей? Так что стал он без лишних споров котомку собирать.

            А у Анюты сердечко заныло: плохие предчувствия его томили, плакало оно и сжималось. Но она виду не показывала, ведь любимому и так нелегко, зачем ей лишнюю тяжесть на него навешивать? Так что она проводила его честь по чести, на прощание сказав:

            — Я буду тебя ждать, сколько надо. Выполни свой долг и возвращайся, ты найдешь меня там же, где и оставил. Я буду тебе верна, ты можешь быть спокоен.

            Ян просветлел лицом, крепко обнял ее на прощание и ушел воевать. А Анюта побежала в дом и дала, наконец, волю слезам. Сердце подсказывало ей, что Ян не вернется, что смерть его уже точит свою косу. Что остается в таких случаях бедной женщине? Только лить слезы и ждать, чем дело кончится. Но Анюта была не из таких женщин. Не могла она так просто сидеть и бездействовать, если любимому грозит гибель неминучая.

            А в тех краях, в дремучем лесу, жила колдунья. Ее уважали и побаивались, потому как бабка была знающая, но суровая. По ерундовым делам к ней и соваться не следовало – так отбреет, что мало не покажется. А вот если что серьезное – поможет, и беду отведет, и болезнь заговорит. Вот к ней-то и отправилась Анюта.

            Бабку она нашла там, где ей и полагалось быть – в лесной чащобе, в кособокой избушке, притулившейся меж вековых дубов. Выслушала она Анюту внимательно, пару вопросов задала, карты засаленные раскинула, горсть бобов на блюдце покатала, ладошку Анютину рассмотрела. А потом и говорит:

            — Сердце твое правду говорит, девушка. Суждено твоему милому погибнуть на этой  войне. А ты в этом хоть и краем, да виновата. Нечего было хвостом налево-направо крутить, глядишь, барин и не клюнул бы. Других же девок вон не обихаживает, только на тебя запал.

            — Да я ничего такого вы мыслях не держала, — стала оправдываться Анюта. – Вовсе я не хотела кому-то сердце разбивать. Глазками стрелять – это ж ничего не значит, просто игра такая.

            — Вот и доигралась, — мрачно сказала колдунья. – Спервоначала ты глазками стреляла, а теперь в твоего Яна на войне по-настоящему стрелять будут. И попадут ведь, попадут! В самое сердце рана ему выйдет, с такою не живут.

            — И что, ничего нельзя сделать? – заплакала Анюта. – Неужто и вы не поможете? Люблю я его, все готова сделать, чтобы ошибку свою загладить, его спасти.

            Бабка внимательно глянула на нее, словно в самую душу заглянула.

            — Ладно, девушка, вижу, не шутишь ты и не просто языком болтаешь, раскаяние твое искреннее, и намерение твое чистое. Так и быть, посмотрю, что тут сделать можно…

            И бабка достала мешочки с разными травами, стала их в воду кидать да молитвы шептать, и так пристально вглубь глядеть, словно там сама судьба пряталась. Да, видать, так оно и было, потому что оторвалась бабка от зелья своего, выплеснула его за порог, обернулась к Анюте и говорит так задумчиво:

            — Ну уж, не знаю, девушка… Есть один способ Яну твоему жизнь спасти, только он такой, что уж и не знаю, говорить тебе или нет.

            — Говорите! Говорите! – горячо попросила Анюта. – Хуже смерти все равно ничего не бывает, а все остальное перенести можно.

            — Ну, смотри, сама захотела, — хмыкнула бабка. – В общем, так. Нужно, чтобы за твоим Яном на войне пригляд был. Там, знаешь, обстановка такая, что глаз да глаз нужен. Вовремя опасность заметить, тревогу поднять, безопасное место показать. Готова ли ты отдать для этого свои глаза?

            — Глаза? Это как? – не поняла Анюта.

            — Как – не твоя забота. Это я устрою. А только ты после этого зрение свое навеки потеряешь. Придется наощупь жить, света белого не видя. И глазками тебе уж стрелять не придется. Будут твои глаза Яну верой-правдой служить, от беды его уберегать. Жив останется. А других способов нет. Ну как, подходит?

            Анюта только секундочку и поколебалась и тут же ответила:

            — Если он погибнет, мне все равно останется только глаза по нему выплакать. Так что я согласна. Я с радостью отдам ему свои глаза. Делайте, что надо.

            — Ишь, «делайте», — усмехнулась старуха. – А чем расплачиваться будешь? Мы, колдуньи, за «просто так» не работаем. Око за око, зуб за зуб. Взамен-то что дашь?

            — Вот кошель, тут все мои сбережения, вот сережки, а вот колечко и заколка с камушком. Больше у меня ничего и нет. Хватит этого?

            — Не смеши, — скупо улыбнулась старуха. – Что твои побрякушки для судьбы? Тут жертва весомой быть должна, значимой.

            — Говорите, все отдам, все сделаю, — прижала руки к груди Анюта.

            — Пойдешь ко мне в услужение на 25 лет, — распорядилась колдунья. – Будешь по хозяйству помогать за дом сторожить. До истечения срока к людям не вернешься, и не мечтай.

            — На 25 лет? Это ж целая вечность, – ужаснулась Анюта. – Так я никогда Яна не увижу!

            — Ты его и так не увидишь, — хладнокровно заметила старуха. – Глаза-то твои с ним будут.

            — Но я бы его хоть обнять смогла, к груди его прижаться, — всхлипнула Анюта.

            — Ну, не хочешь – давай оставим все, как было, — пожала плечами колдунья. – Я тебя не звала, ты сама явилась.

            — Да нет, бабушка, я согласна. Простите меня. В услужение так в услужение. Только как я, слепая, буду по хозяйству управляться?

            — Ничего, приспособишься, — жестко ответила старуха. – Раз решилась – так пойдем, судьба ждать не будет.

            Как договорились, так и сделали: Анютины глазки перестали ей служить, потому что теперь служили Яну на поле боя. От опасности не бегал, труса не праздновал, прослыл отчаянным храбрецом, и за всю войну ни единой царапины — точно как заговоренный!

            А сама Анюта в то время к новой жизни привыкала, в полной тьме. Не плакала, не жаловалась, научилась наощупь и котлы мыть, и воду из родника носить, и пищу готовить. И все время молилась за то, чтобы ее любимый жив и здоров был, чтобы война его черным крылом не коснулась, а смерть со своей косой мимо прошла. Колдунья ее научила травки по запаху определять и в лесу по звукам ориентироваться. Хвалить не хвалила, но посматривала одобрительно, да иногда по плечу похлопает: «Молодец, мол!».

            Долго ли, коротко ли, а только кончилась война, и вернулся Ян со службы домой, целый и невредимый, и с медалью на груди. Кинулся туда, сюда, а невесты его нет, пропала. Рассказали ему, что ушла она в лес, никому не сказавшись, да так и не вернулись. Все ее искали, и помещик тоже искал, прямо землю рыл, да только так и не нашли. Наверное, наложила на себя руки от переживаний, когда Ян на войну ушел.

            — Нет, моя Анюта не такая, — ответил Ян. – Она ждать меня обещалась, а слово у нее верное, что обещает – то обязательно сделает. Так что если умерла – так не своей волей, а коль жива – обязательно вернется. Теперь я ее верно ждать буду.

            В то же самое время у Анюты сердечко запело, затрепетало, словно в нем зимняя стужа кончилась и весна началась. Она сразу поняла: вернулся ее любимый! И колдунья подтвердила: да, вернулся, живой, но только вот до конца Анютиной службы еще ого-го сколько! Так что лучше о нем и не думать.

            — Я свое слово сдержу, все по чести и совести отработаю, — отвечала Анюта. – Только вот как бы хотелось хоть одним глазком на него взглянуть! Хотя каким глазком, я уж забыла, как это – глазами смотреть, даже снов не вижу.

            — Ладно, помогу тебе, — вдруг смилостивилась бабка. – Зрение я тебе не верну, и не надейся, но Яна своего ты видеть сможешь. Не глазами увидишь – сердцем. Вот тебе цветок лесной. Как захочешь на жениха своего посмотреть, прижми цветочек к глазам да попроси его:

Маленький цветочек,

Миленький дружочек,

Нас друг с другом свяжи,

Мне его покажи.

            Сумеешь цветочек уговорить – увидишь на мгновение, как там твой Ян, с кем и что делает.

            Анюта так и поступила. Переделала она все дела, и как только выдалась свободная минутка, прижала цветочек к глазам и шепнула заветные слова. И что же? – сразу на мгновение возникла картинка: вот ее Ян, сильный, возмужавший, на своем подворье возится, забор поправляет.

            — Ян, милый Ян, как я рада, что ты живой остался, — прошептала Анюта. – Прости ты меня, как я простила, и живи радостно, а я за тебя молиться буду. И цветочку чудесному спасибо за то, что стал моими глазами.

            Так и повелось – разок-другой в день пользуется Анюта цветочком, чтобы на милого своего посмотреть, счастья ему пожелать.

            А Ян у себя на подворье вдруг заметил цветы, которые раньше никогда ему не встречались. Цветочки были очень красивые – у каждого пышная юбочка, сиреневая, фиолетовая или белая, а в центре – желтый глазок с черными ресничками. Он чувствовал к этим цветам необъяснимую нежность, ему хотелось прикоснуться, погладить их, сказать им что-то доброе. Кого-то они ему напоминали, и он быстро понял, что цветы очень похожи на его потерянную возлюбленную — Анюту.

            — Эге! – смекнул Ян. – Это она мне знак подает. Не верю, что нет ее на земле, жива она, нужно мне поскорее в путь собираться, чтобы ее найти.

            А тем временем цветов все больше становится, вот уже и вдоль дороги протянулись, и у леса стали попадаться. И однажды Ян сообразил, что надо ему по этим цветам идти – куда-нибудь да приведут!

            Так и вышло. Оказался он в дремучем лесу, где и солнца не видать, но яркие цветы ему дорожку выстилают, путь показывают. Так он и вышел к избушке старой, видит, а там – женщина на крылечке сидит и такой же цветок в руках держит.

            — Здравствуй, милая женщина, — обратился к ней Ян. – Скажи мне, что за цветок у тебя в руках? И не знаешь ли ты девушку, похожую на него?

            — Здравствуй, добрый человек, — ответила ему Анюта. – Не могу тебе ответить, потому что я незрячая и цветок этот ни разу не видела, а уж на кого он похож, и вовсе не скажу. А почему ты спрашиваешь?

            — Была у меня возлюбленная, Анютой звали, ушел я на войну и не успел на ней жениться, а мы с ней слово друг другу дали. Вот я вернулся – а она пропала, уже много лет тому назад. Искал я ее, да концов не видать, ушла и сгинула. А цветы эти очень уж на нее похожи. Серединка у них янтарная, цвета ее глаз, а лепестки – словно юбка, которую она носила. Сколько живу – а забыть ее не могу. Вот и пошел я по следу, от цветка к цветку, в надежде, что приведут меня к ней.

            — И что ж, не привели? — спросила женщина.

            — Да пока нет. Тебя вот только встретил. Смотрю, женщина немолодая, в глухом лесу живет, думаю, может, ты колдунья, так подскажешь мне, куда дальше идти.

            — Да, все верно, колдунья я, — согласилась женщина. – И подсказку тебе дам. Не ищи ты свою Анюту, нет ее уже на этом свете. Она к тебе в виде цветов вернулась, чтобы о себе напомнить, что любила тебя и ждала, покуда могла.

            — Горько мне это слышать, — опечалился Ян. – Очень я надеялся, что найду ее, и будем мы вместе жить, жизни радоваться.

            — Ты парень молодой, бравый, возвращайся и женись на хорошей девушке, нарожайте детишек и живите счастливо, а первую дочку назови Анютой в ее память. Вот так-то лучше выйдет, чем бобылем жить да о прошлом вспоминать, — посоветовала ему слепая колдунья. – А я за вас молиться стану, чтоб все у вас ладно было.

            — Благодарю тебя, колдунья. Доброе у тебя сердце, ответил Ян и спохватился: — А как ты тут одна управляешься, да без глаз? Может, помощь какая нужна?

            — Спасибо, добрый человек, я справляюсь. Я уж давно ослепла, вижу не глазами – сердцем, все сама делать могу. Да цветочки вот помогают.

            — А как они называются? – спросил Ян.

            — Они? А называются они просто – анютины глазки. Иди, и пусть всегда с тобой пребудут любовь и удача!

            И Ян ушел в задумчивости по цветочной дороге. А из-за избушки вышла старая колдунья и спросила:

            — Чего ж ты ему не открылась, ты ж его столько лет ждала, Бога и судьбу за него просила?

            — Я Бога не для себя просила, а для него, для Яна. Он вон какой молодой и сильный, а я за долгие годы ослепла и состарилась. Пусть у него все будет хорошо, а я останусь тут, раз обещала 25 лет тебе служить. Привыкла я уже тут, в лесу.

            — Ох, девушка, и сильна же ты! – с нескрываемым восхищением глянула на нее старуха. – Хорошая из тебя колдунья получится, правильная! Раз ты на такую жертву пошла – значит, сильна твоя любовь и чисто твое сердце! Сможешь людям помогать, справишься. Есть на кого дело мое оставить, можно спокойно помирать…

            А Ян вернулся домой, оплакал свою потерянную любовь и вскоре женился на хорошей девушке, и в положенный срок родилась у них чудная девочка, которую назвали Анюткой. И весь их двор буйно порос цветами, которые с тех пор называются анютиными глазками – пышная цветная юбочка и янтарная серединка, веселый цветок, который в тех краях люди стали считать символом верности и самопожертвования.

Автор: Эльфика

http://www.elfikarussian.ru/

http://www.doktorskazka.ru/

http://dragon.elfikarussian.ru/

 

Метки текущей записи:
, , , , , , ,
Статья прочитана 4398 раз(a).

Автор статьи:

написал 250 статей.

Оставьте комментарий!

* Ваше   cообщение
* Обязательные для заполнения поля